Вы здесь

В. М. Шукшин: anamnesis morbi в письмах

Дмитрий МАРЬИН


В. М. ШУКШИН: ANAMNESIS MORBI В ПИСЬМАХ


В 2014 году, к 85-летнему юбилею В. М. Шукшина группой ученых филологического факультета Алтайского государственного университета готовится к изданию новое, девятитомное, собрание сочинений писателя. Кроме новых документов, имеющих отношение к творческой деятельности алтайского режиссера и писателя, его автографов, рабочих записей, значительно пополнят состав 8 и 9 томов ранее не известные письма Шукшина. Почти все они поступили в фонды Всероссийского мемориального музея-заповедника В. М. Шукшина в с. Сростки в 2012—2013 гг. Некоторые из писем образуют цепочки, связанные друг с другом содержательно и хронологически, что позволяет в ряде случаев достаточно детально реконструировать малоизвестные эпизоды шукшинской биографии. Так, подборку из нескольких не публиковавшихся ранее писем 1957—1958 гг. можно рассматривать как своеобразную anamnesis morbi (историю болезни) Шукшина.
Известно, что писатель с юности страдал язвой желудка. Никогда публично Василий Макарович об этом не высказывался; упоминал лишь в письмах к родным да указывал в документальных автобиографиях в качестве причины досрочной демобилизации. Интересный момент: болезнью желудка в шукшинском художественном творчестве наделены те герои, которые симпатичны автору, например, Сеня Громов в дипломном фильме «Из Лебяжьего сообщают» (1960). И наоборот, герои-антагонисты — часто люди с «железным желудком» (Носатый в рассказе «Как мужик переплавлял через реку волка, козу и капусту»).
Как развивалась болезнь В. М. Шукшина? Известно, что 12 ноября 1952 г. старший матрос-радист в/ч 34258 Шукшин поступил на лечение в Военно-Морской Краснознаменный госпиталь им. академика Пирогова (г. Севастополь) с жалобами на боли в подложечной области, усиливающиеся после приема пищи. Предварительный диагноз — дуоденит. После проведенного обследования был установлен окончательный диагноз: язва желудка и двенадцатиперстной кишки. На лечении матрос находился до 26 ноября. 3 декабря 1952 г. Военно-врачебной комиссией Черноморского флота (акт № 5385) Шукшин был признан негодным к военной службе с исключением с воинского учета. Демобилизован 17 декабря 1952 г.
Поступление в 1954 г. во ВГИК и учеба в нем не способствовали ослаблению недуга. Плохое питание, умственные и физические перегрузки дали новый толчок заболеванию. Как указывает в своих воспоминаниях И. П. Попов, троюродный брат писателя, летом 1956 г. (т. е. после окончания 2 курса) Шукшин был у него в Киеве проездом по дороге в Трускавец, где должен был пройти лечебный курс в одном из санаториев
Попов И.П. Дневник художника. — Барнаул, 2011. — С. 95-97.
. Очевидно, отдых на курорте не помог, и в конце 1956 г. вновь наступает обострение болезни. Об этом Шукшин пишет в письме родным в Сростки:

М.С. Куксиной, Зиновьевым
<Москва, конец декабря 1956 г.>
Здравствуйте, дорогие мои, хорошие.
Мамочка, Наташа, Саша, Сережа,
Надя
Наташа — сестра писателя, Наталья Макаровна Зиновьева (Шукшина) (1931—2005). Саша — зять, Александр Михайлович Зиновьев (1928—1961). Сережа, Надя — племянники-близнецы (р. 1956) Надежда Александровна Мясникова (Зиновьева) и Сергей Александрович Зиновьев.
.
Сообщаю о себе: декабрь месяц пролежал в больнице — обострение язвы. Сейчас вышел. Чувствую себя великолепно. Но у меня нашли еще в желудке полипы. Говорят нужно делать операцию желудка. Сейчас отпустили на две недели, чтобы я еще посоветовался со специалистами и с родными. От родных кроме того нужно еще формально согласие на операцию. Посоветуйте со своей стороны как быть. Повторяю, что чувствую себя отлично. Операцию будут делать опытные, большие специалисты — это мне в институте помогут. Наверно, в Боткинской б<ольни>-це.
Я очень прошу тебя мама, не волнуйся. А то, когда ты там волнуешься, я здесь все чувствую. По получении письма дайте телеграмму — согласны или нет на операцию.
Как наши цыплятки себя чувствуют? Здоровы? Ну, жду вашу телеграмму.
Будьте здоровы родные мои.
Ваш Василий

Своеобразным дополнением и комментарием к шукшинскому письму является письмо С. А. Герасимова
Герасимов Сергей Аполлинариевич (1906—1985) — выдающийся отечественный кинорежиссер, сценарист и актер. С 1944 г. руководил объединенной режиссерской и актерской мастерской во ВГИКе. Герасимов сыграл важную роль в творческой судьбе Шукшина. В 1963 г. именно он помог молодому режиссеру устроиться на работу на к/с им. Горького. Позже Шукшин снялся в фильмах Герасимова «Журналист» (1967) и «У озера» (1970).
к главному врачу Московской городской больницы им. С. П. Боткина А. Н. Шабанову
Шабанов Алексей Николаевич (1904—1981) — профессор, Заслуженный деятель науки, член-корреспондент РАМН. В 1947—1953 гг. заместитель министра здравоохранения СССР. В 1953—1961 гг. главный врач Московской го-родской больницы имени С. П. Боткина. В 1961—1980 гг. заведующий кафедрой общей хирургии и травматологии 1-го Московского медицинского института имени И. М. Сеченова и одновременно (1961—1967) проректор Российского университета дружбы народов.
:
Глубокоуважаемый Александр Николаевич!
Простите, что затрудняю Вас просьбой. Студент института кинематографии т. Шукшин тяжело заболел, и видимо потребуется хирургическое вмешательство. Шукшин, человек высоко одаренный, и весь коллектив института очень взволнован его болезнью и дальнейшей его судьбой.
Очень прошу Вас принять его в Вашу клинику для необходимых исследований и, если нужно, операции.
Еще раз простите меня, но очень рассчитываю на Вашу помощь.
С уважением С. А. Герасимов деп.<утатский> бил.<ет> № 577
2.01.1957 г.

Следующее письмо В. М. Шукшина домой было написано, без сомнения, почти одновременно с письмом-просьбой Герасимова.

М.С. Куксиной, Зиновьевым
<Москва, январь 1957 г.>
Здравствуйте, дорогие мои!
Недавно поговорил с вами. Очень рад, что у вас все благополучно, если вы, конечно, не обманываете меня (на правах больного). Ну, вот что со мной здесь происходило: в декабре месяце прошлого года лежал в б<ольни>-це по поводу обострения язвы. Все шло хорошо. Я готовлюсь к выписке и вдруг рентген и вдруг мне любезно сообщают, что у меня полипоз и что необходима срочная операция. Я не поверил. Мне доказали. Я отпросился на две недели из больницы под предлогом, что мне необходимо еще подумать, а они еще требуют, чтобы было согласие родных на операцию. В институте через огромные связи (вплоть до
ВЦСПС) я получил направление в Боткинскую б<ольни>-цу, в кремлевское отделение.
Там мне сказали, что нужно лечь к ним для исследования, но по предварительным обследованиям они сказали, что такой спешки с операцией нет.
Таким образом, я сейчас сдаю экзамены, после них ложусь в Боткинскую, а затем еду на курорт.
Я думаю, что операции все-таки не будет.
Чувствую я себя великолепно. Уже сдал один зачет.
Думаю, что сдам все экзамены. Они у нас до 21 января.
Мама, у меня к тебе две просьбы:
1) сходи в сельсовет и возьми справку, что ты нигде не работаешь по состоянию здоровья, а отца у меня убили на фронте. Это нужно для стипендии. Теперь стипендию будут давать не по успеваемости, а по нуждаемости.
2) чтобы ты не волновалась, голубушка ты моя сердечная — это вторая просьба.
Так сдуру я не дам себя резать, тем более что есть блестящая возможность подлечиться.
Как наши ребятишечки милые? Они, оказывается, тоже хворали там, милые мои. Трудный нам с ними год выпал.
Слава богу, все хорошо.
Ну, я кончаю.
Писать очень некогда, поэтому во время экзаменов я буду молчать. Повторяю, чувствую себя великолепно.
Привет
Маше
Шумская Мария Ивановна (р. 1930) — первая жена В. М. Шукшина.
.
Мамочка, поцелуй за меня Надю с Сережей, а Надю еще легонько пошлепай по … чтобы еще не очень там.


В Боткинской больнице студента Шукшина, по всей видимости, основательно подлечили. Так или иначе, в известных нам письмах домой за 1957 г. о болезни он не упоминает. Возможно, причиной тому было и другое обстоятельство: чрезвычайная занятость. В июне 1957 г. Шукшин уезжает в Одессу, где на местной киностудии он должен был пройти режиссерскую практику. Внезапно М. Хуциев приглашает его на роль Федора-большого в свою картину «Дом солдата», вышедшей в 1958 г. в прокат под другим названием — «Два Федора». Все лето и осень Шукшин провел на съемках фильма: такой ритм работы вновь подорвал его здоровье. Трудно сказать, кто похлопотал в очередной раз за студента Шукшина (может быть, решающим фактором стала его главная роль в фильме Хуциева, работа над которым еще не закончилась), но в январе 1958 г. он вновь получает путевку на прикарпатский курорт, теперь в г. Моршин. Первыми впечатлениями от пребывания в санатории Василий Макарович поделился в письме к своему педагогу И. А. Жигалко
Жигалко Ирина Александровна (1912—1976) — доцент режиссерского факультета ВГИКа, ассистент М. И. Ромма.
.

И. А. Жигалко
<Моршин, 7 января 1958 г.>
Здравствуйте, Ирина Александровна!
Я — на
курорте. Это, знаете, здорово — курорт. Когда я приехал сюда, я очень удивился: у меня было точно такое представление о рае.
Чувствую себя хорошо. К концу месяца буду здоров совсем.
Какова же судьба
«Угощения»
Очевидно, имеется в виду творческий этюд, подготовленный студентами мастерской М. И. Ромма к новогодним праздникам.
?
Понравилось?
И еще: как дела у наших ребят?
Ничего нет… такого — после зачета?
Мой адрес:
Дрогобычская обл.
Стрыйский р-он, г. Моршино
Санаторий ЦК культуры
Корп.<ус> 1 пал.<ата> 14


Шукшин В. М.

На этот раз мягкий прикарпатский климат и целебные воды курорта более благотворно сказались на здоровье студента и начинающего актера, что позволило ему необычайно много и плодотворно работать следующие несколько лет. С апреля по август 1958 г. он, взяв отпуск во ВГИКе, вновь оказался на съемочной площадке в Одессе, где заканчивалась работа по фильму «Дом солдата». Успех фильма привел к востребованности Шукшина как актера. В 1959—1961 гг. им сыграны роли в таких известных кинофильмах как «Золотой эшелон» (реж. И. Гурин), «Простая история» (реж. Ю. Егоров), «Когда деревья были большими» (реж. Л. Кулиджанов), снята собственная дипломная картина «Из Лебяжьего сообщают», где он впервые выступил как сценарист, режиссер и актер…
Болезнь не ушла, но отступила, дав нашему выдающемуся земляку необходимое время для первых серьезных шагов в мире искусства, для взлета творческой карьеры, которая окажется такой короткой, но оставит такой важный след в русской культуре ХХ века.