Вы здесь

Тотальный автопробег. 19-21 марта. Канск – Красноярск – Кемерово – Новосибирск

Дорожные записки Игоря Маранина с автопробега «Владивосток – Таллин», организованного в честь «Тотального диктанта».

19-21 марта. Канск – Красноярск – Кемерово – Новосибирск

На дорогу от Иркутска до Красноярска нанизаны города с населением в десятки и сотни тысяч человек: Ангарск – 226 тыс., Усолье-Сибирское – 78 тыс., Черемхово – 51 тыс., Тулун – 41 тыс., Тайшет – 33 тыс., Канск – 90 тыс. Одни населенные пункты трасса обходит по краю, другие приходится проезжать насквозь. Через Канск, самый большой город после Тайшета, мы ехали, не останавливаясь, но с любопытством разглядывая его улицы. Путь казался бесконечным: дорога виляла, словно неопытный велосипедист и никак не могла вывести обратно на трассу. За окнами мелькали «хрущевки» (дворы были забиты автомобилями), дома частного сектора (иногда с затейливыми резными наличниками), большие рекламные щиты (часто пустые), а затем (неожиданно!) – большой баннер с надписью «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» и портретом Сталина (за художественную ценность которого автора при Сталине, скорее всего, расстреляли бы).

Красноярск нас встретил солнцем и морозом. По формуле Пушкина сумма этих факторов даёт чудесный день: так оно и вышло. В первый раз за всё наше путешествие случайный прохожий, приглашенный пройти мини-тест на грамотность, увлёкся этим настолько, что жадно просил всё новых и новых проверок, а затем отправился с нашим пробегом по городу, побывал на лекции Антона Сомина и расстался с нами лишь поздним вечером.

В уютном книжном магазине «Бакен» я рассказывал слушателям истории из «Легендариума», моей новой книги. Во Владивостоке я говорил о легендарном охотнике на тигров, в Хабаровске – о кладах Приамурья, в Чите – о призраке с огненными волосами, в Красноярске – об арестанте, спасшем город от нашествия хана Иренека, а в Кемерове – о трагической судьбе товарища Хренова, вдохновившего Маяковского написать «Я знаю город будет, я знаю саду цвесть, когда такие люди в стране советской есть!» Присоединившийся к нашей команде Антон Сомов оккупировал бар «МММ» с лекцией «Алкоголик, кровать и дырка в бублике: исторические портреты заимствований в русском языке». Его лекция затянулась: слушатели долго задавали вопросы на посошок.

Из новых регионализмов, записанных в Красноярске, запомнилась фраза «Рассказать тебе козу?» Козой здесь (и, как потом выяснилось, в Кемерове) называют шутку, хохму, байку. От этого регионализма даже глагол произошёл – «козить» (то есть шутить). Если вы не в Красноярске, используйте его осторожно, слышится в этом слове что-то зловещее и угрожающее.

То ли нам так везло на людей, то ли работала формула «мороз+солнце», но все встреченные нами красноярцы были людьми открытыми и отзывчивыми. Наш блогер Олег Смирнов потерял в путешествии шапку, так один из красноярцев просто подарил ему свою. Даже тема противостояния Новосибирска и Красноярска вызывала у горожан не желание поспорить, а улыбку. В Новосибирске всё это выглядит серьёзным баттлом, а здесь воспринимается скорее как очередная «коза». Потроллить соседей прозвучавшей на Универсиаде фразой премьер-министра о столичности Красноярска – пожалуйста, а воспринимать это всерьёз – увольте.

В сумерках мы отправились на десятирублевую купюру – забрались на Караульную гору, где расположена часовня Параскевы Пятницы, изображенная на банкноте номиналом в десять рублей. Красноярск светился огнями у наших ног и ластился к путешественникам как сытый и довольный кот.

«В Кемерово даже воробьи чёрные!» – пугал нас один из водителей, как и большинство людей допуская ошибку в склонении названия кузбасской столицы. Страшилка оказалась «козой»: воробьи здесь жили обычные, а местные жители сильно удивились, услышав подобную страшилку. Что же касается злополучной буквы «о», то она накрепко приклеилась к названию города. Даже большинство опрошенных нами студентов местного университета, прекрасно знакомых с правилами русского языка, признались: в неофициальной речи они не говорят «в КемеровЕ» – язык не поворачивается. Корябает его трезубец буквы «е».  Студенты КемГУ – нечто совершенно особенное! Ни в каком другом городе не встречал я настолько активных, заинтересованных, внимательных и отзывчивых слушателей. Ни в каком другом городе я не отвечал на такое количество вопросов. Если бы не преподаватели, прекратившие этот великолепный диалог, он затянулся бы ещё на пару часов. Но преподаватели увели нас к себе на кафедру русского языка и долго кормили вкусными пирогами после утомительного дня.

До свиданья, Кемерово!

До свиданья, тотальное путешествие!

Я сошёл с маршрута в Новосибирске, чтобы уступить своё место Михаилу Визелю.

Но как же это было здорово – проехать через всю Сибирь!